- Сообщения
- 4.422
- Реакции
- 4.912
В конце XIX и начале XX века вся Российская империя скупала грампластинки с романсами некой цыганки Вари. До сих пор непонятно, как певица из семьи оседлых цыган, которая неправильно ставила ударения даже в словах собственной песни, влюбила в себя весь бомонд страны и привлекла к внимание государя императора, но именно так все и было.
Варвара Васильевна Панина (в девичестве — Васильева) родилась в 1872 году в слободе Москвы, в районе Большие Грузины. Она происходила из семьи цыган-чиндырей (гитаристов).
Мать Вареньки была занята домашним хозяйством, а отец, так сказать, «торговал лошадьми».
Когда Варе исполнилось четырнадцать лет, родители отдали ее в хор московского ресторана «Стрельна». Во многом их решению поспособствовало предсказание неизвестной цыганки-пророчицы, которая, увидев маленькую Варюшу, сказала, что она проживет недолгую жизнь, но прославит себя голосом.
Среди своих сверстников Варя отличалась не только уникальной музыкальной памятью, но и приятным низким голосом. Такой тембр был нехарактерен для женского пения в 19 веке. Уже в подростковом возрасте самоучка Варя брала низкие ноты, которые даже не снились профессиональным певицам.
Директором ресторана «Стрельна», где начала в составе хора выступать Варя, работала цыганка Александра Панина. Она быстро увидела в Вареньке будущую звезду русской эстрады и, не желая упускать такой шанс, познакомила Варю со своим холостым племянником Федором, поклонником цыганского пения.
Знакомство оказалось удачным. Не имевшая опыта в любовных делах Варя сразу увлеклась мещанином из Коломны, который зачарованно приходил смотреть каждое ее выступление в «Стрельне». Вскоре Федор предложил Варе выйти за него замуж, и она согласилась. В счастливом браке у них родилось пятеро детей.
Но карьера цыганки на этом не закончилась. Варваре не составило большого труда после свадьбы и рождения детей восстановиться и продолжить свои выступления. Только уже на правах хозяйки хора и в другом знаменитом московском ресторане, который назывался «Яр».
Еще в «Стрельне» Варе дали прозвище «Иерихонская труба» за крайне необычный голос, благодаря которому она выделялась среди обученных пению хоровых цыган. Неповторимое звучание голоса и помогло ей быстро прославиться.
В «Яр» съезжались самые разные представители бомонда - политики, актеры, певцы, писатели, художники. Каждый из них желал посмотреть на звезду цыганского пения. А те, кому не посчастливилось увидеть Варвару своими глазами, говорили об этом с досадой. Среди них был и Александр Куприн:
«Слыхал, увы, лишь в граммофоне Варю Панину. Заочно понимаю, какая громадная сила и красота таилась в этом глубоком, почти мужском голосе».
В числе поклонников Варвары был сам Федор Шаляпин. С этим связана интересная история.
Известный художник и приятель певца Константин Коровин сравнил голос уже легендарного на тот момент Шаляпина с талантом цыганки, которая «за пятерку в ресторане любую песню подхватит».
Раздосадованный таким сравнением, Шаляпин решил посетить «Яр» и посмотреть на обожаемую московским высшим светом цыганку. Он влюбился в голос Паниной после первого же ее выступления и стал завсегдатаем ресторана, в который часто звал друзей «послушать цыганку Варю».
Александр Блок также отмечал красоту цыганского голоса, называя певицу «божественной Варей Паниной». Восхищался талантливой Варей и критик русской газеты «Новое время» Юрий Беляев:
«Как Орфей, укрощала она своим чудным голосом «диких зверей», кутящих по три дня, по три ночи у Яра».
Панина в совершенстве владела контральто, самым низким женским певчим голосом, который до сих пор считается настоящей редкостью. Но уникальность ее голоса была не только в этом. Большинство зрительских обмороков на выступлениях Вареньки случалось из-за того, что все свои песни цыганка исполняла чувственно, с оттенком пронзительной печали, пропуская смысл спетого через себя.
Любой мотив в исполнении Варвары казался ее поклонникам надрывным криком души, заставляющим замереть, чтобы подольше насладиться этим моментом.
Сложно поспорить с тем, что своих поклонников Варя находила именно благодаря голосу. Завсегдатаи ее концертов отмечали, что Панина предпочитала минимум макияжа и простую одежду без декоративных украшений. Она никогда не устраивала на сцене фееричное шоу.
Современные специалисты, кстати говоря, утверждают, что пела Панина неправильно: не на тех словах ставила акцент и путала ударения. Одним словом, была далека от профессионально обученной певицы. Но эти недостатки Варя легко нивелировала схожестью голоса с настоящим мужским басом и особенной атмосферой на своих представлениях.
Начало любого выступления Вареньки выглядело так - она выходила на сцену тяжелой походкой, заставляя следить за каждым ее неторопливым движением. Поклонившись, Варя садилась в кресло и закуривала толстую папиросу, тем самым будто давая сигнал начинать своим аккомпаниаторам: гитаристам Шишкину и Васильеву и играющему на цитре Гансу.
Публика замирала, чувствуя приближение некоего таинства, а затем начинала звучать песня и весь ресторан околдовано замирал.
К последнему десятилетию 19 века Варя стала широко известна за пределами Москвы. Любопытные люди съезжались со всей страны, чтобы посмотреть на знаменитую цыганку и проверить, действительно ли ее талант способен довести до обморока.
Панина и сама не ограничивалась Москвой. В 1890 году она дебютировала в Малом театре в Петербурге, и в том же году возглавляемый ею стрельнинский хор отправился на Нижегородскую ярмарку с целой серией концертов.
Одержимость зрителей голосистой цыганкой становилась все сильнее. Одна из дочерей Варвары вспоминала, что после очередного концерта мать вернулась домой в разорванном платье. Поклонники Паниной, всегда ждавшие ее около гримерки, в тот раз не дали ей уйти спокойно, желая получить автограф или хотя бы взгляд от любимой певицы.
Из-за толкучки кто-то из обожателей случайно порвал одежду Вари, но добродушная цыганка, любящая своих поклонников, так же сильно, как и они ее, не обратила на это внимание.
Звездный час Паниной настал, когда ее пригласили вместе с хором выступить в Мариинском театре. Концерт состоялся в марте 1906 года, и на нем присутствовал сам Николай II, на тот момент уже давно мечтавший о личной встрече с всенародной любимицей.
Между Варварой и Николаем II даже состоялась личная беседа, во время которой государь эмоционально обратился к цыганке:
«Варвара Васильевна, а почему в моей домашней коллекции нет до сих пор пластинок с вашими записями?! Все-таки я пока еще царь. Почему мой народ слушает Панину, а я нет?!»
Такой триумф позволил Паниной гастролировать и за пределами страны. В 1909 году она посетила Париж, где выступила перед самой высокой и изысканной публикой. Подобный размах ее творчества было трудно представить московской публике, привыкшей считать Вареньку звездой хора из местного кабака.
Годы жизни, стремительная карьера и постоянное курение на сцене сказывались на здоровье Варвары. После 30 лет у нее начались проблемы с сердцем, появилась отдышка. И все же Панина смогла пережить своего мужа, сына, мать и брата, оставшись доживать с двумя дочерями и двумя сыновьями.
Предчувствуя свой уход, за неделю до смерти Варвара собрала дома детей и долго им пела. 10 июня 1911 года состоялся последний концерт цыганки Вари, который прошел в петербургском зале Дворянского собрания.
После выступления она по своему обычаю присела в кресло, чтобы отдохнуть с папиросой, но больше с него не встала – у певицы остановилось сердце. Из жизни Варя Панина ушла в возрасте 39 лет, оставив публике тысячи грампластинок со своими романсами.
Похоронили Варвару на Ваганьковском кладбище. За ее гробом шли цыгане из хора и громко, с песнями, оплакивали свою ушедшую любимицу.
Петербургский журнал «Театр и искусство» в те дни писал:
«Во вторник похоронили Варю Панину, последнюю блестящую представительницу настоящего цыганского жанра, любимицу Москвы».
