- Сообщения
- 4.422
- Реакции
- 4.912
Сомнительная честь считаться самым жестоким чекистом в истории принадлежит Степану Афанасьевичу Саенко, выходцу из Полтавы. Комендант концентрационного лагеря в Харькове, Степан Саенко еще при жизни стал жуткой легендой этого прекрасного и богатого до прихода большевиков города.
Жизненный путь Саенко начинался довольно обычно. Он родился в 1886 году в рабочей семье в Полтаве, помогал отцу в столярной мастерской, но не гнушался и кражами.
Несмотря на то, что документов не сохранилось, исследователи уверяют, что будущий чекист в молодости был осужден «по уголовке» и пару лет провел на каторге.
Когда началась Первая мировая война, Степан Саенко довольно долго ухитрялся уклоняться от мобилизации, однако в 1916 году его таки отправили на фронт. Но, к тому моменту армия уже была смертельно поражена большевистской агитацией, и Саенко дезертировал в Харьков.
Именно этот город и стал ареной его жуткой дальнейшей деятельности.
Харьков в те дни бурлил революционными идеями и изобиловал разнообразными политическими партиями. Саенко остановился на РСДРП, как на одной из самых радикальных, и при этом не брезгующей участием откровенно уголовного элемента.
По заданию горкома партии большевиков Степан Афанасьевич приступил к организации Красногвардейского отряда. Боевиков себе он набрал из бывших уголовников и разнообразной «гопоты» и именно этим отрядом командовал в октябрьские дни 1917 года.
Когда советская власть в Харькове утвердилась окончательно, Саенко был назначен на работу в уголовный розыск, а оттуда перешел, совершив карьерный скачок, на должность командира отряда ЧОН Харьковского губисполкома.
Работал Саенко под началом большевика Павла Кина (кличка Андрей).
Это была примечательная личность. В свое время Кин был участником боевых дружин Якова Свердлова в Екатеринбурге, и вместе с ним в одной из таких дружин подвизался Янкель Юровский, палач царской семьи.
Павел Кин, занимавший должность Военно-революционного коменданта Харькова, вскоре сделал Саенко своим заместителем.
Именно Кину принадлежит идея создания в Харькове концентрационного лагеря. Дело в том, что заключенных через год после октябрьского переворота было так много, что новой власти просто негде было их размещать. И тогда Декретом Совнаркома о «Красном терроре» от 5 сентября 1918 было санкционировано создание концлагерей.
Один из первых появился в Харькове. Его адрес хорошо известен харьковчанам старшего поколения -- ул. Чайковской, дом № 5.
Комендант Саенко был в то же время и главным палачом лагеря. По свидетельствам современников и очевидцев, револьвер он применять не любил, говорил, что «это очень уж просто выходит».
Саенко нравилось терзать и мучить людей, добиваясь того, что смерть становилась для несчастного желанной и недостижимой. В концлагере на улице Чайковской людей распинали, резали на куски, сдирали с живых кожу, скальпировали и хоронили, живьем закапывая в землю.
Одному с таким объемом работ, понятное дело, справиться было невозможно, но у Саенко были достойные своего начальника подручные. Он набрал их из уголовников, военнопленных и нанятых режимом китайцев.
Всего в комендантском взводе насчитывалось 37 бойцов. По приблизительному подсчету, в большевистском лагере Харькова было убито и замучено свыше 1000 человек.
Жуткая слава Саенко быстро распространилась за пределы Харькова.
Его имя можно найти в трилогии Толстого «Хождении по мукам» и в произведениях Велимира Хлебникова. Его боялся даже легендарный Махно, который, как говорят, не боялся никого и ничего.
Сохранились страшные кадры извлечения изувеченных тел из братской могилы концлагеря. Эта эксгумация была проведена по приказу деникинской комиссии, когда белогвардейцы заняли город, выбив оттуда красных.
Тела передавали родственникам для достойного погребения, и все снималось на пленку и фотографировалось. Видеть эти неважного качества черно-белые кадры невозможно без содрогания и теперь.
Потом красные вновь взяли Харьков, и на сей раз советская власть пришла в город всерьез и надолго. В 20-е годы Саенко был верховным следователем наркомата юстиции, арбитр Харьковского губисполкома.
Он вновь прославился казнями. Но теперь уже не тайными истязаниями в застенках концлагеря, а вполне себе публичными повешениями воров и прочих уголовников.
Заключение в тюрьму подобной публики Саенко считал непозволительной роскошью, предпочитая вешать вчерашних соратников без суда и следствия. Для большей назидательности казни проводились в наиболее оживленных районах города.
Садисту не откажешь в смелости и умении действовать быстро и эффективно. Однажды местные урки решили положить конец деятельности верховного следователя наркомата юстиции и подкараулили его ночью в темном переулке.
Увидев возникшие из мрака на его пути темные фигуры, Саенко немедленно достал маузер и перестрелял всех уголовников, а сам даже не был ранен.
В 1938 году Саенко уже был на мирной должности директора завода «Красный октябрь» (Харьковский машиностроительный завод).
Большинство старых чекистов и большевиков, в свое время установивших в Харькове и на Украине советскую власть, были к тому времени арестованы и репрессированы.
Пришли и за Саенко. Но матерый чекист встретил их на пороге с гранатой в руке. «Вы меня знаете - сказал он тихо и угрожающе - подорву всех!».
Пришедшие действительно его знали. И поэтому уехали, справедливо рассудив, что возьмут его позже, днем. Но вышло иначе. Днем ситуация изменилась, и некоторые из тех, кто распорядился арестовать Саенко, были арестованы сами.
В период фашистской оккупации Саенко, по его словам, руководил подпольной группой. Но сведений о ее деятельности не сохранилось, и историки считают, что на самом деле Саенко был в эвакуации.
Как бы там ни было, но жизнь свою «страшный комиссар Саенко» из трилогии Толстого доживал тихо и незаметно. Он был пенсионером союзного значения, выращивал цветы, занимался огородом и пописывал на досуге стихи.
По коммунистическим праздникам к нему приходили пионеры и приносили ему красочные, собственноручно нарисованные открытки.
Умер палач и садист Саенко 17 августа 1973 года. На его могиле стоит памятник с надписью: «Спи спокойно, дорогой Степочка».
